Главная / Статьи / Нерабочее настроение / Прокурорское чутье Юлии Ромашкиной

Прокурорское чутье Юлии Ромашкиной

Просмотры (849)  Комментарии (0)

Беседовал Денис АБРАКОВ

Еще в детстве она мечтала стать следователем, но не любила детективные романы за их неправдоподобность. Так случилось, что наша героиня, мама двоих детей, 14 лет работала с несовершеннолетними правонарушителями и стремилась анализировать каждую проблемную ситуацию, опираясь на свой личный опыт и знания психологических особенностей ребенка.

Эта очаровательная оптимистичная женщина много путешествует, отдавая предпочтение многокилометровым поездкам на автомобиле по различным городам России и ближнего зарубежья.

Сегодняшняя гостья «Нерабочего настроения» – руководитель пресс-службы прокуратуры Рязанской области, старший помощник прокурора области Юлия РОМАШКИНА.


Дорога к мечте

– Юлия Викторовна, кем Вы мечтали быть в детстве?
– Следователем. Мне очень нравилась работа сыщиков, я любила смотреть фильмы о борьбе с преступностью, такие как «Петровка, 38» или «Следствие ведут ЗнаТоКи». В том нежном возрасте я не понимала разницы между оперативными работниками, которые, как говорится, трудятся на «земле», раскрывают преступления, и следователями, которые фиксируют доказательства, анализируют различные факты и направляют дела в суд. Меня всегда привлекал мыслительный процесс, связанный с раскрытием преступления.

– Думаю, что в школе Вы были ярко выраженным гуманитарием?
– Пожалуй, да. Мне всегда нравились русский язык, литература, история. Но с восьмого класса я целенаправленно готовилась к поступлению на юридический факультет. Как бы сейчас сказали, провела детальный мониторинг и выбрала Мордовский госуниверситет.

– Вы коренная рязанка?
– Нет. Я выросла в Сасово, где папа работал в летном училище. Его корни из Мордовии. Мама по образованию химик. Позднее она стала высококвалифицированным экологом, специализировавшимся на процессе обращения с отходами производства.

– А во что играли во дворе во времена Вашего детства, или Вы были книжным ребенком и не участвовали в этих забавах?
– Я много читала, но, конечно, немало времени проводила с ребятами на улице. Мы росли практически на территории Сасовского летного училища, рядом располагался аэродром. Понятно, что одной из самых популярных игр была «войнушка». Пропускной режим в те далекие годы был не такой жесткий, как сейчас. Впрочем, и училище готовило и готовит кадры не для армии, а для гражданской авиации.

– Насколько я понимаю, Вы не изменяли избранной цели до самого конца студенческих лет?
– Я упорно шла к воплощению своей мечты и после школы поступила на юридический факультет Мордовского государственного университета имени Огарева. Это один из ведущих вузов страны, выпускающих кадры для правоохранительных органов.

Вообще нас целенаправленно готовили к профессии следователя. Уже начиная с третьего курса, студента могли буквально высадить в поле и попросить составить протокол осмотра места происшествия. Причем без какого-либо бланка. И мы, как добросовестные студенты, писали, собирали улики, фиксировали доказательства.  Один из ведущих преподавателей юрфака Павел Викторович Малышкин, обладатель многих престижных званий, во время лекции заметил, что романтический, а не рутинный взгляд на борьбу с преступностью у нас пропадет на третьем курсе. Но этого, к счастью, не случилось.

– Учиться в Саранске было интересно?
– Очень. Подготовка, как я уже сказала, была основательной и детальной. Помню, у нас был спецкурс по судебной медицине, в рамках которого я написала 7 рефератов о различных причинах смерти. Причем преподаватель требовал, чтобы в таких работах были приведены не абстрактные, а конкретные примеры, поэтому студент должен был обратиться в соответствующие органы за нужной информацией. Необходимо было оперировать реальными, а не вымышленными фактами. Затем преподаватель мог проверить, был ли в действительности описанный случай или это плод фантазии автора.

На форуме по противодействию коррупции

– Трудно представить очаровательную девушку, исследующую трупы.
– Бояться нужно живых, а не мертвых.

– Поступив в профильный вуз, Вы почувствовали какую-то особую атмосферу, присущую ему?
– Я впервые оказалась вне дома и была вынуждена снимать комнату. К счастью, она находилась рядом с университетом. До сих пор поддерживаю теплые отношения с моей квартирной хозяйкой.

Что же касается атмосферы, то глубокое погружение в учебу произошло сразу, на первом курсе. Занятия, в том числе и практические, занимали большую часть дня, а потом нужно было бежать в библиотеку, готовить рефераты, курсовые и ответы на семинарах, так как общедоступного Интернета тогда еще не было. Главное, чему нас научили в университете, – не теряться в сложных ситуациях и уметь быстро и эффективно применять полученные практические знания.


В лабиринтах юриспруденции

На параде 9 Мая

– Вы сразу начали работать по специальности?
– Нет. Тогда, то есть в начале нулевых, женщинам было достаточно сложно пробиться на работу в следственные органы или в прокуратуру. Дипломированных юристов было слишком много, а мест для них не было. Сейчас на аналитическую работу женщин все-таки берут, а тогда подобные назначения были огромной редкостью. Моим первым местом работы стало сасовское предприятие, занимавшееся сбытом электрической и тепловой энергии. Там я трудилась юрисконсультом. В 2002 году штат прокуратуры был расширен, и я уже вошла в кадровый резерв.

– Как же сложилась дальше Ваша карьера?
– После энергопредприятия я работала в Сасовской межрайонной прокуратуре помощником, а позднее старшим помощником межрайонного прокурора. С 2009 года тружусь в прокуратуре нашего региона. Почти семь лет я являлась помощникам прокурора Рязанской области по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних. С августа прошлого года возглавляю пресс-службу прокуратуры региона.

– Поясните нашим читателям, в чем кардинальное отличие прокурорской работы от следственной?
– Прокурор не расследует дела, он надзирает за законностью следственных действий.

– Вы не жалеете о том, что все-таки не смогли реализовать детскую мечту о работе в следственных органах?
– Нет. Прокурорская работа не менее интересна, в ней много важных деталей и привлекающих меня тонкостей.

– Вам довелось немало лет работать с таким сложным контингентом, как несовершеннолетние граждане. В чем особенность этой специализации?
– На каком бы участке ни приходилось работать, надо помочь людям и восстановить справедливость. Это наша главная цель. Каждую проблему человека ты невольно пропускаешь через себя. Помню, еще во время моей работы в районной прокуратуре было очень интересное и резонансное дело. Молодая девушка жила одна с двумя маленькими детьми, которых биологический отец не признал. Ее такая жизнь довела до отчаяния, и каждый вечер она уходила гулять, предварительно давая малышам транквилизаторы. Нередко она оставляла их со своим сводным братом, который во время очередной отлучки матери тяжело ранил младшего полуторагодовалого ребенка. Малыш самоотверженно цеплялся за жизнь, и врачам удалось его спасти. Впоследствии мать лишили родительских прав, злоумышленника осудили. Без эмоций, сострадания и внутренней дрожи рассказывать об этом очень сложно. Помню, как судья плакала, оглашая решение суда о лишении родительских прав.

Выступление перед воспитанниками михайловского интерната

– Как Вы относитесь к некоторым парадоксам нашего уголовного законодательства, в рамках которого за кражу сырка из гипермаркета можно получить больший срок, чем за педофилию?
– Вы знаете, нужно внимательнейшим образом изучать обстоятельство каждого дела. Не исключено, что до этого вор был осужден условно, или в ходе расследования вскрылось еще несколько совершенных им преступлений. Что касается педофилии, то об этом явлении и уголовных деяниях, связанных с ним, я писала дипломную работу. Подобные преступления считаются одними из самых сложных для расследования, в том числе в части сбора доказательной базы, не говоря уже о том, что потерпевшими по таким делам являются дети.  Как я уже сказала, на тяжесть наказания и решение суда может влиять множество обстоятельств.

– Нередко нашу судебную систему критикуют за коррумпированность и сильную зависимость от власти. Такая ситуация, на Ваш взгляд, преодолима?
– Дискуссии и споры о коррупции и жестком соблюдении законности в нашей стране звучат очень часто, и это нормально. Нынешнему государственному строю России чуть больше 25 лет – в масштабах мировой истории и юриспруденции очень маленький срок. В силу этого многие институты нашей страны пока работают не так эффективно, как хотелось бы, но это вопрос времени.

На отдыхе в Адлере

Возьмите проблему смертной казни. С одной стороны, государство должно быть гуманным и существует риск судебной ошибки, с другой стороны, справедливое возмездие за особо тяжкие преступления должно быть, а содержание людей, осужденных на длительные сроки, в том числе на пожизненное заключение, обходится бюджету в немалую сумму.

Давайте не будем забывать и о том, что в России до начала 90-х годов хотя и было законодательно установлено, но практически не реализовывалось на деле право граждан самостоятельно защищать свои права в суде в отношении частной собственности. Исковая культура населения по-прежнему достаточно низка, причем число обращений в органы прокуратуры с каждым годом увеличивается. Граждане надеются на оперативные меры прокурорского реагирования и идут к нам с жалобами даже на бытовые неурядицы. Например, сосед обижает престарелую женщину. Она обращается в наше ведомство, а прокуратура перенаправляет это обращение в силовые структуры, уполномоченные расследовать ситуацию.


Легкие на подъем

– Теперь несколько традиционных для нашей постоянной рубрики вопросов. Чем Вы увлекаетесь в свободное от работы время?
– У меня двое детей – мальчик и девочка, поэтому большая часть нерабочего времени отдана им. Мы вместе посещаем различные концерты, выставки, посещаем музеи. Любим ходить в кино. Вообще наша семья очень любит путешествовать.

– Какая из последних поездок запомнилась больше всего?
– Мы прекрасно провели время в Крыму. До этого ни разу туда не ездили. Изумительная природа, теплое море, самобытная архитектура. Особенно яркое впечатление произвел дендрарий в Никитском ботаническом саду. Могу сказать, что мы люди легкие на подъем и уже совершили немало автопутешествий по городам России.

– Вы опытная автоледи?
– Нет. Машину водит муж, а я – штурман (улыбается).

С сыном и дочерью

– Как работник прокуратуры Вы, наверное, любите читать детективы?
– Нет, их я как раз и не читаю, поскольку думаю, что многие из них слишком неправдоподобны. Мне ближе приключенческие романы и жанр фэнтези. Люблю книги Толкина и романы Дэна Брауна.

– Ваше любимое блюдо?
– Пельмени.

– Безалкогольный напиток?
– Минеральная вода.

– Что ближе из алкоголя?
– Сухой мартини.

– Каким подарком Вас можно удивить?
– Я люблю цветы по поводу и без. Конечно, ценю, когда мне дарят практичные вещи, которые приносят пользу в быту.

– Есть ли у Вас любимая телепередача?
– «Пока все дома» и кулинарные шоу.

– То есть Вы любите готовить?
– Да, но мне нравится это делать основательно. Как правило, времени не хватает, и тогда выручает муж.

– Есть ли у Вас сокровенная мечта?
– Профессиональная – чтобы СМИ компетентно и объективно освещали нашу работу, личная – реализовать большую часть запланированных проектов и идей.

Опубликовано в №04 еженедельника "Дом.Строй"
(от 01.02.2017г.)



Оставить комментарий

Комментарии

СТРОЙПРОМСЕРВИС